И в заключение шефнеровского цикла - стихи самого зрелого мастера художественного слова. Дядя Боба, как уже было сказано, служит продавцом в ларьке “Лентабакторга” на Среднем проспекте, и именно этот ларек знакомит всех желающих с его творчеством.

Следующего поэта из “Счастливого неудачника” зовут, представьте себе, Иоанн Манящий. Он известен как создатель сложной образной системы, а также одами в честь сантехнических изделий.

От фольклора, пропаганды и агитации переходим к чистой лирике - стихотворным опытам повествователя.

В прошлый раз я закончил на антирелигиозной пропаганде и совсем забыл, что Шефнер не обходит стороной и антиалкогольную агитацию.

На заборе сидит утка

Опубликовано в рубрике: Обзоры |  Комментариев: 2

Предупреждаю: я перечитал “Счастливого неудачника” Шефнера и собираюсь наконец выписать все стихи оттуда. Так что стихов тут сейчас будет много, кто не спрятался - сам виноват.

На снимках, на гладких открытках
Он не интересен на вид,
И, как шоколадная плитка,
На дольки кварталов разбит.

Но есть красота в нем иная,
И вот он встает предо мной -
На дольки разбит, как стальная
Рубашка гранаты ручной.

Он высится злой, справедливый,
Сурово терпя до поры
Ночные бомбежки, разрывы
Снарядов с Вороньей горы.

В глазницы обугленных окон
Глядится холодный восход,
Молчат на проспекте широком
Автобусы, вмерзшие в лед.

Он видит, седой и бессонный,
Не сдавшийся воле судеб,
Застывшие автофургоны
С голодною надписью “Хлеб”.

Он, гневом и болью пронизан,
Глядит сквозь клубящийся чад -
И капли по ржавым карнизам,
Как слезы скупые, стучат.

Познавший огонь, и усталость,
И голод, и злую тоску,
Он всю свою силу и ярость
К последнему копит броску.

Мне годы запомнятся эти,
И вот он встает предо мной,
Сквозь смерть, сквозь блокаду - к Победе
Пришедший со всею страной.

Он снова в отменном порядке,
И чудится мне, будто он,
Как дальнего детства тетрадки,
На линии весь разграфлен.

Вадим Шефнер, 1957

Чтение краеведческих книжек не просто полезно для повышения общей образованности, оно имеет и прикладной смысл.

За Ленинград

Опубликовано в рубрике: Выписки |  Комментировать

Чем бой суровей, тем бессмертней слава,
За то, что бьешься ты за Ленинград,
Медаль из нержавеющего сплава
Тебе сегодня вручена, солдат!

Пройдут года. Пройдет чреда столетий,
И пусть мы смертны, но из рода в род
Переходить медали будут эти,
И наша слава нас переживет.

Но помни — враг недалеко, он рядом,
Рази его и пулей, и штыком.
И прах его развей под Ленинградом,
Чтоб оправдать награду целиком!

Рази штыком, прикладом бей с размаха,
Гони его от городских застав, —
И пусть твоя душа не знает страха,
Как ржавчины не знает этот сплав!

Вадим Шефнер, 1943

95 лет назад родился Вадим Сергеевич Шефнер. Эту дату хочется отметить как годовщину близкого, почти родного человека. Почему это так - будет понятно, если рассказать, как я в первый раз прочитал Шефнера и какую именно его книгу.

Как ни плевался от вебдванольности LiveLib, все равно в нее попался. Там под каждого автора автоматически создается профиль со ссылкой “хочу курировать”. Оставляешь заявку - получаешь доступ к редактированию. Про Брэдбери или Памука и так все напишут, понятное дело, а про любимых, но малочитаемых писателей - как не рассказать? Сделал вчера страницу Шефнера, на очереди Пьецух. А там и до Остера доберусь.

С появлением трех томов Шефнера возродилась привычка читать перед сном. Последние несколько месяцев - после Тынянова, если совсем точно - решительно ничего не было подходящего, и только теперь понимаю, насколько мне было плохо без дозы хорошей беллетристики на сон грядущий. Три вечера подряд читал “Сказки для умных”, сегодня еще и с утра догнался. Хорошо.

Мечты сбываются. Стоило в прошлую пятницу сформулировать, какие собрания сочинений я хочу, и вуаля - три тома Шефнера из четырех уже лежат рядом. Вот как хорошо жить в Питере и уметь пользоваться алибом.

Об отношении к людям

Опубликовано в рубрике: Выписки |  Комментариев: 2

…в том своем возрасте я делил людей только на злых и добрых. Позже я начал делить людей на умных и глупых, красивых и некрасивых, на интересных и неинтересных, на правдивых и лживых, на талантливых и неталантливых. Но возвращается ветер на круги своя. Ныне, когда мне шестьдесят, я опять, как в детские годы, подсознательно делю всех на хороших и плохих, и главный водораздел в суждении о ближних и дальних снова проходит для меня по линии “добрый - злой”.

Вадим Шефнер. Имя для птицы, или чаепитие на желтой веранде. 62-63.