• Подписаться

  • Все записи в RSS
  • Все комментарии в RSS
  • Читать блог на LiveJournal
  • Трансляция в LiveInternet
  • Получать записи по е-mail

• Рубрики

  • Выписки (73)
  • Закладки (19)
  • Из жизни книгоголиков (91)
  • Книги о писателях (8)
  • Книжный саундтрек (5)
  • Находки (37)
  • Новые поступления (47)
  • Обзоры (28)
  • Переводы (1)
  • Списки чтения (13)

• Популярные тэги

  азимов античность аствацатуров бродский брэдбери видео воспоминания выставки гаспаров ерофеев закладки издательства иллюстрации исследования книги книгоголики книжные магазины книжный рынок краеведение крив был гнедич поэт лосев лу маккарти мемуары метатекст милн москва набоков олейников памук переводы петербург поэзия пушкин пьецух собрания сочинений списки ссылки уайлдер фриш цитаты чехов чтение шефнер экранизации

• Архивы

  • Июль 2010
  • Июнь 2010
  • Май 2010
  • Апрель 2010
  • Март 2010
  • Февраль 2010
  • Январь 2010
  • Декабрь 2009
  • Ноябрь 2009
  • Октябрь 2009
  • Сентябрь 2009
  • Август 2009
  • Июль 2009
  • Июнь 2009
  • Май 2009
  • Апрель 2009
  • Март 2009
• Найти:

• Другие книжные блоги

  • Блог “Livres и books”
  • Блог “Люди, книги и другие формы жизни”
  • Блог Григория Кружкова
  • Блог Льва Данилкина
  • Блог Льва Рубинштейна
  • Блог магазина “Фаланстер”
• 

Я — буксир.
Все они — это мой экипаж.
Мы плывем.
Перед нами прекрасный пейзаж:
впереди синева,
позади синева,
или кранов подъемных
вдалеке кружева.
На пустых островках
зеленеет трава,
подо мною залив
и немножко Нева.
Облака проплывают
в пароходных дымках,
отражаясь в воде.
Я плыву в облаках
по прекрасным местам,
где я был молодым,
возле чаек и там,
где кончается дым.
Иосиф Бродский. Баллада о маленьком буксире

Тэги: бродский, книги, книгоголики, петербург, поэзия, цитаты

Из “Додо” вышел с “Балладой о маленьком буксире” Бродского. Не так уж часто я советую что-то прочитать, а уж тем более - купить. Но эту книгу нужно именно купить: потому что “детское” стихотворение Бродского - прекрасное и далеко не детское по смыслу, потому что иллюстрирована и издана “Баллада” великолепно, потому что, наконец, это благотворительное издание. И все деньги, которые вы за нее заплатите, пойдут на добрые дела.

Сегодня день рождения Бродского. Сказать, что он мой любимый поэт было бы слишком просто - не так много поэзии я читаю и уж тем более перечитываю. Бродский чертовски важный для меня автор и человек: так, наверное, будет правильно.

А знакомство с ним началось лет десять назад с вот этого сборника. И первым стихотворением, которое меня зацепило, было именно от “Окраины к центру”. Оно очень длинное, тогда я толком не понимал, о чем оно, просто слова сложились в ритм, а из ритма вдруг появилось ощущение запомненного мгновения жизни, вроде бы и не твоего, но уже и твоего тоже.

Прочитайте, если не читали, или перечитайте, если давно не перечитывали, оно того стоит.

И в заключение шефнеровского цикла - стихи самого зрелого мастера художественного слова. Дядя Боба, как уже было сказано, служит продавцом в ларьке “Лентабакторга” на Среднем проспекте, и именно этот ларек знакомит всех желающих с его творчеством.

Следующего поэта из “Счастливого неудачника” зовут, представьте себе, Иоанн Манящий. Он известен как создатель сложной образной системы, а также одами в честь сантехнических изделий.

От фольклора, пропаганды и агитации переходим к чистой лирике - стихотворным опытам повествователя.

В прошлый раз я закончил на антирелигиозной пропаганде и совсем забыл, что Шефнер не обходит стороной и антиалкогольную агитацию.

Предупреждаю: я перечитал “Счастливого неудачника” Шефнера и собираюсь наконец выписать все стихи оттуда. Так что стихов тут сейчас будет много, кто не спрятался - сам виноват.

“Не отставайте”, - нам сказали,
но мы отстали и одни
вдруг оказались в этом зале
с огромным зеркалом в тени.

На гобелене от Перикла
остался выцветший овал,
и рыхлый бархат слишком рыхло
на низком троне истлевал.

Сверкнули тусклые аканты
и корешки потёртых книг,
когда случайный луч закатный
в окно под потолком проник.

В нём золотая пыль дрожала
и он то вспыхивал, то гас,
но зеркало не отражало
ни света этого, ни нас.

Лев Лосев. Говорящий попугай

Вчера в Доме кино совершенно неожиданно обнаружился лоток с книжками очень хорошего разбора: Стоппард, Митьки, “Ваш М.Г.”, издания киношной серии НЛО, азбуковский Art-House, итд. И посреди всего этого великолепия лежал последний сборник Лосева.

На снимках, на гладких открытках
Он не интересен на вид,
И, как шоколадная плитка,
На дольки кварталов разбит.

Но есть красота в нем иная,
И вот он встает предо мной -
На дольки разбит, как стальная
Рубашка гранаты ручной.

Он высится злой, справедливый,
Сурово терпя до поры
Ночные бомбежки, разрывы
Снарядов с Вороньей горы.

В глазницы обугленных окон
Глядится холодный восход,
Молчат на проспекте широком
Автобусы, вмерзшие в лед.

Он видит, седой и бессонный,
Не сдавшийся воле судеб,
Застывшие автофургоны
С голодною надписью “Хлеб”.

Он, гневом и болью пронизан,
Глядит сквозь клубящийся чад -
И капли по ржавым карнизам,
Как слезы скупые, стучат.

Познавший огонь, и усталость,
И голод, и злую тоску,
Он всю свою силу и ярость
К последнему копит броску.

Мне годы запомнятся эти,
И вот он встает предо мной,
Сквозь смерть, сквозь блокаду - к Победе
Пришедший со всею страной.

Он снова в отменном порядке,
И чудится мне, будто он,
Как дальнего детства тетрадки,
На линии весь разграфлен.

Вадим Шефнер, 1957

Чем бой суровей, тем бессмертней слава,
За то, что бьешься ты за Ленинград,
Медаль из нержавеющего сплава
Тебе сегодня вручена, солдат!

Пройдут года. Пройдет чреда столетий,
И пусть мы смертны, но из рода в род
Переходить медали будут эти,
И наша слава нас переживет.

Но помни — враг недалеко, он рядом,
Рази его и пулей, и штыком.
И прах его развей под Ленинградом,
Чтоб оправдать награду целиком!

Рази штыком, прикладом бей с размаха,
Гони его от городских застав, —
И пусть твоя душа не знает страха,
Как ржавчины не знает этот сплав!

Вадим Шефнер, 1943

Плывет в тоске необъяснимой
среди кирпичного надсада
ночной кораблик негасимый
из Александровского сада,
ночной фонарик нелюдимый,
на розу желтую похожий,
над головой своих любимых,
у ног прохожих.

Иосиф Бродский. Рождественский романс

И неожиданно Лосев — всю жизнь сочинявший какие-то шутливые вирши для детских журналов, пьески для театра кукол и прочую подёнку — явился миру как совершенно сформировавшийся зрелый поэт. Ни на кого не похожий, уникальный. Его поэтика, прошедшая горнило футуристических словесных игрищ и унаследованного от поэтов ОБЭРИУ ощущения абсурдности бытия, базировалась на выверенной классичности формы. Уже по прочтении первой подборки Лосева в парижском журнале «Эхо» без всякого преувеличения можно было констатировать, что это едва ли не самый изощрённый версификатор за всю историю нашей поэзии.

Виктор Куллэ, предисловие к подборке стихов Льва Лосева

открыв наук зеленый том
я долго плакал, а потом
его закрыл и бросил в реку.
Науки вредны человеку.
науки втянут нас в беду
возьмёмтесь лучше за еду.

Даниил Хармс, <1933>

Неуловимы, глухи, неприметны
Слова, плывущие во мне, -
Проходят стороной - печальны, бледные, -
Не наяву, а будто бы во сне.

Николай Олейников (а кто ж еще)

Поговорим о Бродском. У меня давно есть одна идея о том, как нужно прочитывать и читать известную вещь - “Ниоткуда с любовью”. Идея, по-видимому, не так очевидна, поскольку мне не приходилось слышать правильного, на мой вкус, чтения этого текста.

Я крикнуть хотел - и не крикнул.
Заплакать хотел - и не смог.
Привыкну, - сказал я, - привыкну.
Однако привыкнуть не мог.

Николай Олейников. Перемена фамилии

Я сделал опыт. Он печален.
Чужой останется чужим.
Пора домой; залив зеркален,
Идет весна к дверям моим.
Игорь Северянин. Грустный опыт.

Три новых книжки - не те, которые “найти и прочитать”, а эти, что уже лежат дома в стопке дожидающихся своей очереди.

раньше »